Реклама от Google
Даже не верится, что во Франции мы уже два года. Впрочем, в этом нет ничего удивительного. О том, почему я так считаю, я рассказал ниже.
Четырнадцатое февраля — для нас с Олей не только день святого Валентина. Но и годовщина того дня, когда мы прилетели во Францию. Ещё в начале января 2024 года нам казалось, что мы застряли на Балканах навечно. И что нужно как-то обустраиваться там. Но денег уже не было — их изначально было немного, и значительная их часть осталась в Турции, где в ВНЖ мне было отказано.
В общем, в момент, когда мы уже совсем отчаялись и думали, что так и будем бесконечно перемещаться между Черногорией и Боснией и Герцеговиной, пришло приглашение на рандеву в консульство Франции в Белграде. В тот момент мы были в Будве, на букинге у нас была забронирована и оплачена квартира на месяц. Мы быстро утрясли с хозяином квартиры вопросы раннего выезда и рванули в Белград.
Помню, как общались с фотографом, когда делали фото на визу, как разговаривали с водителем, услугами которого на Балканах пользовались часто. И фотограф, и водитель тогда высказали одну мысль — раньше в Черногории было очень много единомышленников, теперь же значительная их часть разъехалась по миру.
Прилетев в Белград, мы поселились на стрелке Саввы и Дуная и стали носиться по городу, пытаясь оформить все необходимые документы, сделать все распечатки, переводы и тд. Всё это у нас уже было на немецком языке, но с гуманитарной визой Германии нас бортанули. И вот, благодаря усилиям и поддержке организации «Репортёры без границ», мы делали попытку получить гуманитарную визу Франции.
Всё прошло относительно гладко, в Белграде мы провели две недели. И 14 февраля 2024 года вылетели в Париж. Дата была не самой удачной, отели были забиты, но мы вылетели сразу же, как закончили оформлять гуманитарную визу. Прилетели мы поздно, в аэропорту нас ждала машина, заказанная на накопившиеся баллы в GetTransfer.
В разговорах на английском с водителем, мы поехали в ближний парижский пригород Ivry-sur-Seine, где буквально на последние деньги сняли номер в апарт-отле. Когда приехали, нашли в себе силы лишь дойти до супермаркета и купить еды. Ни в тот день, ни ближайшие дни у нас не было ни Парижа, ни Триумфальной арки, ни Эйфелевой башни. Никакой романтики — лишь хлопоты по подаче заявки на убежище.
Я прекрасно помню тот момент, когда мы шли в офис SPADA в парижском пригороде Кретей — тогда мы узнали, что в тюрьме был убит Алексей Навальный. Пришло сообщение от нашей черногорской подруги — «Саша, они ведь его убили!». Она не назвала имени, но без пояснений было понятно, о ком идёт речь.
Хлынул дождь, у нас были зонты, но мы их не доставали. Не то, чтобы были в шоке, просто понимали, что и в нашей жизни, и в жизни нашей страны настал принципиально новый период. Экраны смартфонов заливало водой. Дождь усиливался. А мы как-то мгновенно лишились сил. Но мы не могли позволить себя раскисать. Так что собрались с силами и пошли дальше.
В тот день заявки мы подать не смогли. Как оказалось, нужно было заранее записываться по телефону. Пятница, вечер. Позвонили по номеру, записались. И пошли обратно. Мы знали, что будет непросто. Но, если честно, понятия не имели о том, как всё затянется. И что спустя два года мы тоже будем в подвешенном состоянии, без нормального знания языка и работы.
22 февраля, в мой день рождения, мы выехали в городок Pompey в агломерации Nancy, где был наш первый шелтер для просителей убежища. Там мы провели две недели. Потом три с половиной месяца жили в городе Мец, одиннадцать месяцев в городке Clermont-en-Argonne и девять месяцев в Бар-ле-Дюке. В ноябре 2024 года мы получили статусы беженцев во Франции, 4 февраля 2026 года родилась наша дочь Николь.
В нашей жизни по-прежнему много сложностей и тумана. Пока за всё время, проведённое нами во Франции, мы фактически ещё ни разу не имели возможности сделать свой выбор. Но мы хотим сами определять свою жизнь. Похоже, нам нужно будет покинуть Bar-le-Duc и департамент Meuse. Не знаю, когда появится такая возможность, но мы сделаем это с высокой вероятностью.
Так что наш путь продолжается. Просто уже в рамках Франции. Франция прекрасна. Но тот район, в котором мы живём, и тот дом, в котором мы проживаем — это не совсем Франция. Это та Франция, которую мы видим в новостях во время восстаний в разных гетто. Выбраться из этой неблагополучной среды оказалось гораздо сложнее, чем мы могли себе представить. Но я не сомневаюсь, что всё у нас получится. Просто не может не получиться. Но пока я скажу так — все эти программы поддержки беженцев правильнее было бы назвать программами борьбы с беженцами.
Нас тянет в обычную жизнь — в нормальные районы, где живут обычные французы. Где на будет такой гремучей концентрации бедности, проблем и бесправия, как в районах с HLM. Когда-нибудь, возможно, я напишу книгу об этом. Свою «Триумфальную арку». А пока я просто старательно документирую всё, что с нами происходит. Чтобы сохранить память.
Знаете, я мечтаю как-нибудь проснуться в хорошем районе, отвезти дочь в приличную школу. Чтобы, когда мы завтракали, в новостях рассказывали о том, как после прекращения войны отстраивают заново восток Украины. Мне сложно поверить в то, что в этих же новостях будут рассказывать о демократических преобразованиях в России. Но мне очень бы этого хотелось.
А ещё очень хочется запустить проект, родившийся в моей голове после экстренной эмиграции. Это новый формат для индустрии гостеприимства. Но из моей сегодняшней реальности это выглядит абсолютной фантастикой. Но когда-то фантастикой для меня была работа журналиста и ди-джея, я даже предположить не мог, что стану популярным блогером. А потом лишусь своих площадок за считанные дни.
Я даже допустить не мог, что когда-нибудь буду жить во Франции, что здесь родятся и будут расти наши дети. Так что, наверное, нет в жизни ничего невозможного. Нужно просто постоянно идти вперёд. Ведь теперь у нас есть относительно твёрдая почва под ногами. А всё остальное зависит от нас самих. Как говорится, Bon courage !
PS. Я вовсе не случайно поставил первым именно фото, где я иду по Аргонскому лесу. Именно такое у меня ощущение от нашей жизни во Франции. Кажется — ещё немного, и мы преодолеем сложности, что начнётся более спокойная и позитивная жизнь. Но один квест следует за другим. Бесконечное давление со всех сторон. И понимание того, что мы можем рассчитывать лишь на самих себя.
Об авторе блога. Меня зовут Александр Удиков (Aleksandr UDIKOV). Я журналист из России, вынужденно покинувший свою родину в 2022 году из-за преследований за статьи, осуждающие нападение на Украину. В 2024 году я получил политическое убежище во Франции. В этом блоге я рассказываю о своей новой жизни, делюсь наблюдениями и фотографиями.
Друзья! Чтобы узнавать о моих новых публикациях на русском языке, подписывайтесь, пожалуйста, на мои Facebook (RUS) или Telegram-канал (RUS). Англоязычная версия этого блога выходит на платформе Medium (ENG).
Если же вам удобнее читать меня на французском языке, приглашаю в копию своего блога на французском — Expaty.Life (FR). За обновлениями французской версии блога можно следить на странице в Facebook (FR).
Ваш лайк или комментарий на сайте, в соцсетях или в телеграм-канале — лучший подарок для автора!
© Гипертаблоид редактора Удикова | Udikov.com | Expaty.Life
Реклама от Google