Реклама от Google
Выдалась свободная минутка, и я решил собрать очередную «Солянку», ибо на неделе, скорее всего, не будет времени.
Мечтаем о моменте, когда мы вырвемся за пределы «диагонали пустоты»
Нам часто говорят, что мы ещё будет вспоминать с ностальгией те времена, когда мотались по странам, когда были просителями убежища, когда проходили сложности. Отвечу так. Вспоминать мы будем только хорошее. Добрых людей, которых встретили; интересные места, которые посетили; хлопоты по задачам, которые мы смогли решить.
Но гораздо больше в том пути было безнадёги, нерешаемых проблем, злоупотреблений со стороны полицейских и представителей власти. Порой мы чувствовали себя как мексиканские нелегалы, тайком завезённые в США. Хотя мы всегда были в легальном поле, с правильно оформленными документами. В странах, где мы относительно недолго могли находиться легально, мы не чувствовали себя в безопасности и почти не имели прав. Нарушались даже наши немногочисленные права.
Мы стремились попасть в страны Евросоюза. В государства, где главенствует право. В итоге при поддержке «Репортёров без границ» попали во Францию. И здесь невообразимо, несравнимо лучше, чем в странах, где мы были до этого. Только вот наши права здесь тоже регулярно нарушаются.
Защитить свои права беженцам без денег в маленьком городе невероятно сложно. Многие права оказались скорее декларацией каких-то норм, чем реальностью. И когда мы попытались отстаивать свои права пока даже не в суде, а при помощи обращений в органы власти, на нас обрушился такой шквал ненависти, который даже сложно вообразить.
Я напомню — у человека со статусом беженца очень много обязательств перед государством. В первую очередь он должен выполнять условия интеграционного контракта. Очень многое зависит от города и департамента, от доступности разных программ, от ассоциаций и социальных ассистентов.
Я могу похвалить индивидуальные курсы французского языка, которые у меня сейчас. Но они у меня появились не сами по себе, а в результате борьбы за свои права. Есть ещё один момент, связанный с местной медициной, который я могу похвалить, но я пока не могу о нём говорить. Расскажу позже. Неплохо в нашем случае и обстояли дела с оформлением необходимых документов.
Всё же остальное — в частности, социальное жильё, социальные работники, транспорт, коммуникации с местной властью, контроль органов соцзащиты в Bar-le-Duc — это чистейший кошмар. Это мои оценочные суждения на основе личного опыта. Возможно, у кого-то по этому поводу другие эмоции. Ведь многое зависит от ситуации, людей и конкретных случаев.
Но мы довольно быстро поняли, что если мы хотим хоть чего-то добиться в жизни, из Bar-le-Duc’а и департамента Meuse нам нужно будет уезжать при первой же возможности. Последние новости и планы местных властей это предположение лишь подтверждают. Нам очень жаль, но с таким подходом вряд ли стоит рассчитывать на светлое завтра.
Мы очень любим Bar-le-Duc и красоту местной природы. Мы были влюблены в Argonne. Мы провели немало времени в Verdun. Мы очень благодарны всем добрым людям, которые нам помогали и писали слова поддержки. Мы рассчитывали, что проведём здесь минимум несколько лет. Но квартира оказалась неподходящей для астматика, социальные ассистенты не помогли вообще ничем, а органы соцзащиты стали оказывать на нас давление.
Мы не можем и не хотим жить в постоянной борьбе, мы не можем каждый день быть в ужасном стрессе. Первые же заработанные деньги мы потратим на то, чтобы уехать туда, где местные власти будут рады новым жителям. Я прошу не воспринимать мои слова как неблагодарность. Мы благодарны Франции и французам. Но мы не хотим обманывать себя напрасными надеждами.
Мы прекрасно понимаем, что там, откуда бежит французская молодёжь, шансов на успех у нас, беженцев, ещё меньше, чем у местных жителей. Мы не ищем, где лучше, мы не гоняемся за благами и льготами, мы не хотим сидеть на шее у французских налогоплательщиков. Мы просто пытаемся выжить. Но многие должностные лица воспринимают это как нечто избыточное.
Борьба за права не является неблагодарностью!
Ещё раз уточню:
1) Борьба за свои права — это плоскость юридическая;
2) Благодарность / неблагодарность — плоскость оценочная;
3) Борьба за права и освещение проблемных моментов не являются неблагодарностью;
4) Я благодарен Франции и французам. Но я не могу писать об этом в каждой публикации;
5) В своём блоге я могу выражать любые мнения. Если они не нарушают законы Франции.
Мы ужасно устали
Надеюсь, что дотянем до момента, когда можно будет просто жить. Я очень хочу работать и жить жизнью обычного человека. Чтобы никто не нарушал в наши права и не лез в нашу личную жизнь.
Очень люблю трамваи!
Я всегда мечтал жить в городе с хорошими современными трамваями. В моём родном городе трамваев никогда не было. Неплохие трамваи были в Москве, я любил их. Но они не ходили рядом с местами, где я жил. В Казани через пару лет моей жизни там появился прекрасный кольцевой трамвай. Не очень скоростной, но очень современный. Но идти до него мне было далековато и было удобнее пользоваться метро. Оно было самым молодым в России.
Очень хорошая транспортная система AntRay на основе сочленённых трамваев была в турецкой Анталье, где я прожил шесть месяцев. Увы, трамваи не ходили в моём районе. Но когда я ехал туда, где ходили трамваи, я пользовался ими с удовольствием. Во Франции я пока не жил в городах, где есть трамваи. Хотя в Меце, где мы жили три месяца, ходили интересные сочленённые автобусы Mettis. Троллейбусы я тоже люблю, но пока не успел покататься на новых прекрасных троллейбусах соседнего с нами города Nancy.
PS. На фото трамваи Парижа, Реймса и Антальи, сочленённые автобусы и троллейбусы Меца и Nancy.
Лучший подарок — книга!
Гремит флешмоб, вся лента в Fb в дипломах и медальках для мистера Трампа. А мне и подарить-то нечего. Всё, что не влезло в чемодан, осталось в прошлой жизни. Но я обязательно что-нибудь придумаю. Вспомнил! В третьем классе школы я выиграл конкурс рисунков на асфальте. Нарисовал парусный кораблик. Мне тогда подарили книжку. А соседские ребята потом долго назвали меня художником.
Той книги у меня нет. Но есть другая. С картинками, как любит дорогой Донни. «Васька-эмигрант» называется. Я вообще все свои книги готов подарить, лишь бы увидеть Вовапута под судом. Готов прямо сейчас бежать на почту. Ну ладно, бежать я сейчас точно не смогу. Но как-нибудь доковыляю. Мистер Трамп, Вы уж не подведите!.. )
А вы точно юрист?!. )
На днях в рамках попытки досудебного урегулирования недавнего конфликта, одна парижская адвокатесса написала мне буквально следующее: я своими постами в интернете (просил помощи правительства Франции) спровоцировал её на совершение противоправных действий (организация кибербуллинга беженца). На мой взгляд, это абсолютно очаровательно. Такой бронепалубной незамутнённости я не видел давно.
Дорого-богато
Когда я переехал жить в Казань в 2010 году, меня там очень удивляли современные роскошные здания, построенные уже в XXI веке. Предположу, что, создавая эти здания, архитекторы вдохновлялись европейской и, в частности, французской архитектурой. Эти здания были построены в охранной зоне казанского кремля и казались довольно неуместными.
Особенно при том, что обычные россияне жили в те годы довольно небогато. Хотя Казань и Татарстан очень выделялись на фоне соседних городов и регионов своим относительно высоким уровнем жизни. Мне было очень интересно, что скажут сами французы — видят ли они в этом некое подражание, или это всё совсем не похоже на французскую архитектуру конца XIX — начала XX века?.. Но французы, к сожалению, предпочли никак этот не комментировать )
Из моего комментария в Facebook по теме:
Я ничего бы не имел против, если бы это всё построили не возле кремля. Как мне кажется, более уместной была бы традиционная архитектура, привычная для исторической Казани. И то же самое я могу сказать о мечети Кул Шариф. Если вы видели дворец земледельцев, но могли обратить внимание на дерево без листьев в центральной части. Ствол высохшего дерева без листьев как символ сельского хозяйства — это довольно оригинально.
К сожалению, в то время, когда строились эти новоделы, Казань потеряла значительную часть своего исторического наследия. Действительно ценного и оригинального. Повторюсь, я ничего не имею против этих зданий. Но не в охранной зоне и не за счёт старины.
Помощь уже в пути?!.
Очень больно смотреть на то, что случилось в протестующими в Иране. У нас очень мало информации, но погибших точно тысячи. Дональд Трамп поначалу поощрял революционные настроения и обещал восставшим помощь. Но потом быстро понял, что прямо сейчас режим не падёт. И тут же забился под корягу, заявив, что казней не будет, а значит и нет поводов для авиаударов.
Но разве расстрел мирных демонстраций из автоматического оружия — это не казнь?! Разве нет уже тысяч погибших?! Кровь иранских протестующих сейчас не только на руках аятолл. Кровь и на руках того, кто обещал помощь и предал, отдав безоружных людей на растерзание силовикам. PS. На фото кладбище в Сараеве, столице Боснии и Герцеговины.
Об авторе блога. Меня зовут Александр Удиков (Aleksandr UDIKOV). Я журналист из России, вынужденно покинувший свою родину в 2022 году из-за преследований за статьи, осуждающие нападение на Украину. В 2024 году я получил политическое убежище во Франции. В этом блоге я рассказываю о своей новой жизни, делюсь наблюдениями и фотографиями.
Друзья! Чтобы узнавать о моих новых публикациях на русском языке, подписывайтесь, пожалуйста, на мои Facebook (RUS) или Telegram-канал (RUS). Англоязычная версия этого блога выходит на платформе Medium (ENG).
Если же вам удобнее читать меня на французском языке, приглашаю в копию своего блога на французском — Expaty.Life (FR). За обновлениями французской версии блога можно следить на странице в Facebook (FR).
Ваш лайк или комментарий на сайте, в соцсетях или в телеграм-канале — лучший подарок для автора!
© Гипертаблоид редактора Удикова | Udikov.com | Expaty.Life
Реклама от Google