Реклама от Google
Постов, опубликованных в Facebook, за эти дни накопилось так много, что хватило на новую «Солянку». Под номером 250.
Рассвет как машина времени
Осенью 2014 года на пути в Москву я встретил абсолютно потрясающий закат в древнем городе по имени Гороховец. Просто ехал возвращать машину с длительного тест-драйва, увидел с дороги купола церквей, и вдруг меня туда неожиданно потянуло. Я уже пролетел это место, но развернулся и всё же решил заехать в Гороховец. В будущем это станет моим обязательным ритуалом.
Если ехал мимо — обязательно заезжал поклониться красоте. А фотография с тем закатом, сделанная у стен старинного монастыря, стала моей любимой. Причём я вообще не должен был там оказаться тем вечером. Ни в городе, ни на этой горе. Я приехал туда на огромном американском внедорожнике, что тоже было непривычно.
Это была новая для меня жизнь, очень красочная и полная ярких событий. Тревожило, правда, то, что страна наша очевидно поворачивала не туда. Но я даже не представлял, какой ужас нас ждёт впереди. Мне не хотелось тогда думать об этом. Я просто наслаждался моментом. И сегодня ко мне вдруг вернулось то давно забытое ощущение.
Потому что сегодняшний рассвет был очень похож на тот закат, снятый мной десять лет назад в Гороховце. Я снова в небольшом прекрасном городке, снова любуюсь видами, освещёнными тонкой полосой ярко-красного света. Только это уже не моя непутёвая родина, а новая для меня страна, прекрасная Франция. Страна, с которой будет связана наша будущая жизнь.
И я тоже ну никак не должен был здесь оказаться — ни в стране, ни в городе. Сквозь испытания последних лет как будто протянулся тонкий лучик солнечного света, объединяющий события и годы. И сразу стало немного легче. Спасибо тебе за этот прекрасный момент, Bar-le-Duc! Спасибо и тебе, Гороховец. Не знаю, увижу ли я тебя снова. Но точно буду помнить!..
PS. А это та самая фотография из Гороховца, сделанная в 2014 году. Увы, она не очень чёткая. На следующем же фото машина, на которой я тогда ехал. Утром следующего дня выпал снег.
Я боюсь не за себя, а за здоровье новорожденной дочки!
Есть у меня одно наблюдение, не знаю, можно ли считать его объективным, так как я, увы, обобщаю. Как мне показалось, во Франции многое организовано неплохо. Иногда это даже вопреки всему, несмотря на негативные внешние факторы. Например, несмотря на то, что в городе Bar-le-Duc уже давно нет родильного отделения, там, по моим оценкам, очень хорошо организована поддержка беременности. У нас до сих нет семейного доктора, но в плане поддержки беременности всё было на очень высоком уровне.
Порой эти контрасты меня очень удивляют. Есть большая разница между тем, как в принципе работает государственная машина во Франции. И тем, как организован процесс приёма, размещения и интеграции беженцев во Франции. Я не могу сказать, что всё плохо. Ибо в Pompey и Clermont-en-Argonne у нас были хорошие условия и прекрасные соцработники, делающие для нас всё возможное.
Но в целом есть ощущение, что там, где идёт речь о беженцах, французские законы просто перестают работать. Те институты и ассоциации, которые выстроены специально для беженцев, очень часто как будто работают совсем по другим стандартам. Французские государственные нормы выполняются здесь лишь номинально, на бумаге, для отчётности. Однако многие реально думают, что то, что декларируется, существует на самом деле.
Да, в отдельных частных случаях всё действительно неплохо. Но в остальном у меня стойкое ощущение, что у многих ассоциаций, работающих с беженцами и зарабатывающих на этом, очень много скелетов в шкафу. К примеру, у меня абсолютно ужасное мнение об организации OPH, с которой мы столкнулись в Meuse.
С мая мы вынуждены жить в квартире с сильным химическим запахом. Мы думали, что это запах краски, но, похоже, это запах плесени под многими слоями краски и обоев. Стены трескаются, запах выходит наружу. Важно при этом понимать, что я страдаю бронхиальной астмой, которая сильно обострилась после ужасных санитарных условий шелтера для просителей убежища в Меце.
У меня есть заключение врача о необходимости переезда по состоянию здоровья. Я получил этот документ ещё в августе. Но он ничего не изменил. Мы нашли хорошую квартиру сами, но без помощи FSL от департамента мы не могли туда переехать — не хватало денег. А в помощи нам отказали. Мы отправили множество заказных писем с просьбой помочь нам переехать в безопасное жильё. Но ничего не помогло.
В декабре после нагоняев сверху представители OPH предложили нам альтернативное жильё, которое мы в принципе не готовы были рассматривать. Ибо оно не соответствовало даже нашим минимальным ожиданиям. О чудо — оформления выплат FSL в этом случае не пришлось ждать месяцами, да и решения ждать тоже не было нужно. Всё согласовали за три дня. Только вот согласия на переезд мы не давали, подписи на документах не ставили и вообще не были в курсе о том, что отправлены заявки от нашего имени.
Мы вышли из программы поддержки беженцев AGIR. Потому что социальные работники в рамках этой программы ничем нам не помогли, но оказывали психологическое давление. После выхода из программы мы получили письмо о том, что у нас теперь новый соцработник в MDS. Тот самый человек, который подал заявки на FSL от нашего имени, без нашего согласия и подписей. Это вообще законно?!. И вот теперь, похоже, в MDS ждут, что мы на это согласимся. Но у нас уже были соцработники, которые нас обманывали. И больше мы с такими людьми взаимодействовать не готовы.
Обычно с первых минут общения видно, чего ждать от соцработника. Мы ничего не имеем против этого человека. Мы не сомневаемся, что он хороший и добрый. Проблема в том, что у нас больше нет оснований ему доверять. И мы всё ещё ждём ответа от департамента о том, как могли быть отправлены заявки на FSL без наших подписей. Если я правильно понимаю, эта декабрьская заявка на FSL, которую подали от нашего имени, сжигает наши права на будущую помощь на переезд в течение года.
Именно это меня и раздражает в системе работы с беженцами — система постоянно делает то, что выгодно именно ей, а не нам. И потом пытается выдать это за заботу. Но мы прекрасно знаем, чего мы хотим. И чего нам не нужно. Мы понимаем, как будем действовать. У нас хорошая память. И эти месяцы бесправия, травли и отчаянья никуда не исчезнут. Да, сейчас я буду вынужден повезти новорожденную дочь в квартиру, которая, скорее всего, будет опасна для её здоровья. Я очень боюсь, что там у неё тоже появятся проблемы с лёгкими.
Я вернулся в нашу квартиру буквально на пятнадцать минут — забрать детскую люльку. И меня тут же свалил приступ кашля. И это при том, что в больнице я не кашлянул ни разу. Мне пришлось настежь открыть все окна, чтобы я мог как-то дышать. Но с ребёнком этого уже не сделаешь. Я волнуюсь не за себя. А за здоровье Николь.
Поэтому мы и потратили эти 400 евро на заказные письма в бесплотных попытках выбраться из этой квартиры, опасной для здоровья даже взрослых. Но по мнению управляющей компании там лишь «лёгкий запах краски». А представители DDETSPP 55/PSEE/PS и вовсе обвинили нас в неблагодарности.
Я сейчас активно изучаю французский. Уровень языка пока, к сожалению, не позволяет хоть как-то коммуницировать. А это сильно ограничивает наши возможности. Каждый день я пытаюсь приблизить перезапуск своего микропредприятия во Франции. Чтобы поскорее начать зарабатывать. В России в последнее время у меня были не только популярные и коммерчески успешные блоги, но и небольшой бизнес по интерьерной фотосъёмке, фотообзорам и SMM для отелей.
Но запуск такого проекта во Франции займёт минимум пару лет. При этом в Бар-ле-Дюке практически нет работы. А здоровье уходит здесь и сейчас. Будет просто ужасно, если наша маленькая дочь заработает бронхиальную астму из-за небезопасного жилья. Учитывая то, что бронхиальная астма у её папы, вероятность такого исхода довольно велика.
За несколько часов до того, как мы уехали на скорой в роддом, у нас был длительный телефонный разговор с территориальным директором OFII об этом. После разговора я отправил ей по электронной почте список документов, необходимых нам для переезда в безопасное для нас жильё. Прошли две недели. Но я так и не получил ответа.
Я благодарен Франции и французам, я очень ценю то, что нам дали возможность продолжить нашу жизнь здесь. Но не стоит думать, что наш путь выложен фиалками. Не стоит воспринимать наши попытки решить критичные для нас проблемы как претензии и неблагодарность. Мы просто пытаемся выжить и сохранить здоровье всех членов нашей семьи.
Мы в шоке от предложений нового соцработника
Нам назначили нового соцработника в MDS, так как мы вышли из программы AGIR. Из всех доступных вариантов был выбран именно тот человек, который отправлял финансовые документы от нашего имени без согласования с нами и наших подписей. Уровень понимания нашей ситуации у него тоже просто зашкаливает.
Мы имеем статусы беженцев, нам вполне официально запрещено иметь какие-либо контакты с российским государством. Для нас это попросту опасно. Но вчера социальный работник в своём письме предложил нам обратиться в российское консульство. Как вы понимаете, мы не ждём от сотрудничества с этим человеком ничего хорошего. Лучше вообще не иметь соцработников, чем каждый день получать подобные вредные советы.
Глупо обвинять беженцев в собственных неудачах!
Когда я начинаю писать о проблемах, с которыми мы сталкиваемся, и о нашей борьбе за свои права, я получаю много комментариев со словами поддержки. Но немало приходит и гневных комментариев. В основном их пишут французы ультраправых взглядов. Которые ждут от нас одного — бесконечной благодарности. В их комментариях нет и не может быть конструктива. Ибо цель у них одна — обвинить.
От русскоязычных пользователей соцсетей тоже довольно часто прилетают претензии. Многие не понимают особенностей статуса беженца во Франции и считают, что мы претендуем на что-то избыточное. Причём то, что они не имеют каких-то форм социальной поддержки в их странах, ставится нам в упрёк. Такие люди упрекают нас вообще во всём. И, как мне показалось, единственное, что ими движет — это зависть.
Но я готов поспорить, что если бы они знали о том, через что нам пришлось пройти, и объективно оценивали бы наши сегодняшние жилищные условия, завидовать они не стали бы точно. Для таких людей почти всегда характерна вера в какие-то мифы. И в то, что беженцы жируют за их счёт. Хотя в СМИ море информации о проблемах беженцев и реальных условиях, в которых они живут.
Но подобным личностям интересна вовсе не правда. А подтверждение их персональных заблуждений. Ну и, естественно, им всегда нужно иметь возможность кого-то ненавидеть и обвинять. А ненавидеть и обвинять проще всего самых незащищённых людей. А именно беженцев. Поэтому каждый раз, когда такие люди получают от меня отпор, они бывают очень удивлены.
Ибо в их понимании беженец — это патологический неудачник и лжец, человек, не способный вообще ни на что. И уж тем более он в их понимании не может знать законы и уметь их использовать. Хейтерам беженцев и в голову не приходит, что беженцы — это самые обычные люди, в силу определённых обстоятельств вынужденные покинуть собственные страны.
Причины тому могут быть разными. Я видел и людей, просящих убежище без каких-либо на то оснований. Но ни о ком из таких людей я не могу отозваться плохо. Люди просто хватаются за жизнь, хотят для своих детей лучшего будущего. У кого-то есть угроза жизни в их странах, у кого-то нет. Ситуации у всех абсолютно разные. Но все беженцы проходят через очень суровые испытания. И заниматься их травлей, как мне кажется, могут лишь самые злые, жалкие и отвратительные люди.
Погиб известный экоактивист Дмитрий Секушин
Ещё одна смерть среди антивоенных беженцев из России во Франции. Шок. Удивительно, но когда я пишу о системных проблемах системы приема беженцев во Франции, в мою сторону летят проклятья. Пока, к сожалению, как будто больше грустных историй. Дмитрий Секушин, Евгений Сафронов. Начинаешь говорить о проблемах системы приёма беженцев — получаешь ну просто тонны негатива. Пишешь о своей борьбе за права — ещё хуже. И ведь по факту нам действительно не к кому обратиться за помощью. А многие ещё и одиноки, с плохим здоровьем, в депрессии, в подвешенном состоянии.
Зачем перекрывать машиной тротуар или выход из дома?!.
Иногда сталкиваюсь во Франции с поведением, которое меня очень раздражало и в России. Когда люди паркуют машины на тротуарах или прямо у входной двери в наш подъезд. Машину ставят так, что проходить неудобно даже просто пешеходу. Не говоря уже о детских или инвалидных колясках, чемоданах на колёсиках или велосипедах.
Причём места здесь полно. И припарковаться можно где угодно. Но один и тот же автолюбитель почему-то регулярно делает именно такой выбор. Раньше так возле нашего подъезда постоянно парковался чёрный мерседес. Но теперь у него появились подражатели на более народных авто.
Лучший бой — тот, который не состоялся
Понял сегодня, что совершенно не готов больше дискутировать с буйными гражданами даже на самые важные темы. Не вижу смысла обсуждать то, что уже тысячу раз обсудили. В последнее время в таких случаях предпочитаю делать то, что военно-морской терминологии называется «разорвать контакт». Это не отступление. А просто желание избежать пустого и бессмысленного конфликта.
Почему мы хотим переехать?
Из дискуссии в комментариях:
Нам нужно как-то зарабатывать на жизнь. Это сложно будет сделать в Бар-ле-Дюке. К тому же на здесь снова очень не повезло с соцработниками. Они не помогают, а скорее мешают нам жить. А мы хотим нормальной жизни. Не в гетто, не в HLM. Да, у меня сейчас много поддержки в интернете. А в Бар-ле-Дюке много хороших людей. Но это не меняет главного.
Мы живём в квартире, опасной для здоровья. Без каких-либо перспектив оттуда выбраться. Мы обращались как в местные, так и национальные органы власти, разные комиссии и ведомства. Но наш вопрос так и не решён. При этом шансы начать здесь зарабатывать для нас близки к нулю. Поэтому мы и хотим переехать туда, где у нас будет больше шансов на успех и защиту.
Ищем очень бюджетные жильё и машину
Мои французские подписчики, часто спрашивают, нужна ли мне помощь. И какая именно помощь нужна. Отвечаю:
1) Если у вас или ваших знакомых есть качественное и недорогое жильё. Буквально в пределах 400 евро. Департамент и город не принципиальны, но нужны транспортная доступность и возможность купить продукты поблизости;
2) Если у Вас есть ненужная вам машина на ходу и Вы готовы отдать её насовсем или предоставить на пару лет бесплатно или за символическую сумму.
Пришло понимание, что региональные и национальные власти ничем нам не помогут. Нам нужно как-то выбираться из сложившейся ситуации самим. При этом возможности у нас сейчас предельно скромные. PS. Мейл для связи — udikov(собака)gmail.com.
О войне (из моего комментариев в Fb):
Люди очень часто не понимают, что такое война. Взрослые брутальных мужики, но не понимают. Мне повезло больше, я понимал благодаря деду-фронтовику. И хорошим учителям истории. Но лишь перед смертью дед рассказал мне о том, как было на самом деле. Ничего страшнее я не слышал. Больнее всего мне за своих добрых знакомых украинцев. Они пошли добровольцами на фронт. Не жалеют. Но четыре года живут в грязи, не видят детей. Но я рад, что они живы. И более-менее в порядке.
Нужно больше честных материалов о войне. Чтобы люди понимали, куда едут. Но больше всего они нужны в России. Чего, конечно, мы не можем ожидать. Если бы о второй мировой в России рассказывали бы честно, этой войны не было бы.
В 2007 году я был главредом провинциальной молодёжной газеты. На 9 мая у нас вышел номер с перепуганным молодым солдатом на первой полосе. И цитатой Черчилля: «Война — это каталог ужасных ошибок». За точность цитаты не ручаюсь. Как ни странно, меня не заклевали, хотя газета была государственная. Но неодобрение в глазах начальства я видел очень чётко. Мне предъявили бы, но знали, что чуть что, я уйду.
Тогда даже коллеги меня не поняли. Мол, это праздник, а не вся эта скорбь. Но именно в 2022 году я особенно чётко понял, как был прав тогда. Мне очень нравится по этой теме фильм «Счастливого Рождества». О праздничном братании солдат на Западном фронте во время Первой мировой войны. Романтизация… Это так странно. Ну правда. Что может быть романтичного в том, чтобы годами жить в грязи, в диком стрессе и каждый день видеть, как в клочья разрывает людей?..
ДСВ
Именно в этом магазине я покупал сладкие подарки для своих любимых.
Домой!
Журавли уже летят обратно. Строго по графику. Наступил февраль — пора домой )
Голуби
Наблюдают и осуждают )
С пострижкой!
Почти каждому ближе к весне хочется красивую причёску.
Последствия сильного дождя
Наша повседневность
Об авторе блога. Меня зовут Александр Удиков (Aleksandr UDIKOV). Я журналист из России, вынужденно покинувший свою родину в 2022 году из-за преследований за статьи, осуждающие нападение на Украину. В 2024 году я получил политическое убежище во Франции. В этом блоге я рассказываю о своей новой жизни, делюсь наблюдениями и фотографиями.
Друзья! Чтобы узнавать о моих новых публикациях на русском языке, подписывайтесь, пожалуйста, на мои Facebook (RUS) или Telegram-канал (RUS). Англоязычная версия этого блога выходит на платформе Medium (ENG).
Если же вам удобнее читать меня на французском языке, приглашаю в копию своего блога на французском — Expaty.Life (FR). За обновлениями французской версии блога можно следить на странице в Facebook (FR).
Ваш лайк или комментарий на сайте, в соцсетях или в телеграм-канале — лучший подарок для автора!
© Гипертаблоид редактора Удикова | Udikov.com | Expaty.Life
Реклама от Google